+16
Подпишись: Будь в курсе жизни города!

Дневник экспедиции "Hat Master" на север России. День 7. Из Салехарда - в Воркуту

23 февраля

За сегодняшний день нам предстоит совершить переезд автомобильным и железнодорожным транспортом из Салехарда в Воркуту и, несмотря на совсем небольшое расстояние между городами, преодоление его займет весь день. Вначале мы отправились из Салехарда в поселок Лабытнанги, расположенный на противоположном берегу реки Оби, по которой проложены два зимника, ширина реки в этом месте километра 2, и мы долго форсируем протекающую под нами коварную реку с двойным дном, оставляя позади славный заполярный город. Лабытнанги – совсем небольшой поселок, последняя железнодорожная станция, дальше на восток – тупик, путь преграждает Обь. В преимущественно одно-, двухэтажном поселке, тем не менее, построен совершенно новенький и прямо-таки огромный железнодорожный вокзал, выполненный в дизайнерском стиле, в виде радуги-дуги. Заходим в необычной формы вокзал, которым мог бы гордиться даже крупный российский город, внутри – очень современные интерьеры, завтракаем в вокзальном кафе, закупаем продукты в дорогу и садимся в ожидающий нас поезд из нескольких вагонов, два из них – пассажирские. Впереди – почти пол-суток пути, хотя за день мы преодолеем расстояние всего в 170 км, специфика поезда «Лабытнанги – Воркута» такова: он перевозит преимущественно вахтовиков, работающих в отдаленных подразделениях «Газпрома», а также всевозможные грузы, в составе есть почтово-багажные вагоны, более того, к нему прицеплена еще и «водокачка» - отдельный вагон-цистерна, из которого местные жители на станциях берут воду для бытовых целей. Судя по всему, с чистой питьевой водой здесь есть некоторые проблемы, потому ее развозят таким необычным способом.

Мы проводим долгие часы в вагоне, неспешно общаемся друг с другом и с нашим гидом Татьяной, которая с радостью делится своими знаниями о Полярном Урале, об истории и культуре населения этих отдаленных мест, практически, «конца географии», ведь совсем недалеко отсюда – побережье Северного ледовитого океана. Разговорились с проводницей, попросили у нее при необходимости открыть для фотосъемки заднюю дверь вагона, потому что через грязные стекла мало что удастся сфотографировать.

Места вокруг действительно живописные: холмы становятся все выше и выше по мере набора высоты и приближения к Уралу, «Предстоящему у Солнца». Лесотундра все гуще зарастает хвойными лесами, основной древесной породой здесь является лиственница, но сами деревья остаются совсем низкорослыми, не более 3-4 метров в высоту. Вот показались и первые горные вершины, к сожалению, погода сегодня стоит пасмурная и снежная, потому мы довольствуемся лишь видом горных склонов, а все вершины безнадежно скрыты от нашего взора густой облачной пеленой. Постепенно въезжаем в ущелье, ограниченное с обеих сторон заснеженными горными склонами, чуть ниже – совершенно плоская котловина, по дну которой течет каменистая речка, берега которой густо пороли лиственничными борами.

- Эх, хорошо здесь, наверное, летом, да и осенью тоже неплохо! – Задумчиво делится с нами Валерий.

- Я много лет вожу туристов в эти места, на следующей станции живет очень интересный человек, у него здесь домик свой, разводит собак породы хаски, катает на них туристов, в зимний период можно договориться о поездке на снегоходах в горы. Неподалеку отсюда есть красивый каскадный водопад, когда поедем – мы сможем издалека его увидеть. Сплав на плотах и байдарках тоже очень хорош на местных реках, Полярный Урал очень популярен среди туристов, потому что здесь сохранилась фактически нетронутая природа, многие черпают у нее вдохновение, да и вершины самого Урала в наших местах достигают отметки в 2000 метров, горы изобилуют необычными формами выветривания, что придает им особую привлекательность. Приезжайте летом (правда, оно у нас очень короткое), а еще лучше – в пору «золотой осени», в конце августа-начале сентября, когда вся тундра расцвечена разнообразными красками, в ней много ягод и грибов и, что немаловажно, к этому времени исчезает гнус, - делится с нами Татьяна, всем сердцем любящая суровую красоту этих северных мест.

За разговором мы достигаем границы между двумя частями света – Европой и Азией, на ней установлен памятный знак, который удается сфотографировать как раз через заднюю дверь нашего вагона, последнего в составе.

- Ну что, успели сфотографировать? – Интересуется проводница.

- Конечно, спасибо за то, что открыли для нас дверь, иначе бы мы не смогли сделать качественные снимки.

- Да не за что, я ее закрывать не буду, может еще что-нибудь сфотографируете из наших красот, только вот с погодой сегодня не повезло, не видно же ничего, - отвечает она.

Под стук колес хорошо спится, и вскоре мы понемногу дремлем, сидя в уютном купе самого медленного поезда за все время наших поездок по миру. Не успевает миниатюрный состав разогнаться, как уже нужно тормозить на следующей станции, где от силы пара-тройка домиков, покосившихся, зарывшихся по самые крыши в глубокие полярные снега. Мерное покачивание и долгое время простоев на полустанках вводит в медитативное состояние; и вот уже кажется, будто весь мир, вся наша огромная планета укуталась в рыхлое снежное покрывало, и нет этой вечной зиме ни конца, ни края, лето больше никогда не наступит, уступив место вечной полярной зиме. Но это – всего лишь наваждение, иллюзия, вызванная умиротворенным стуком колесных пар по железной дороге, построенной политзаключенными в расстрельные, лихие годы, когда десятки тысяч людей были отправлены в лагеря ГУЛАГа, и эта секретная стройка, значившаяся под номером 501, унесла жизни огромного количества ни в чем не повинных узников сталинских лагерей. Сколько их, безвременно ушедших, в этих болотах, среди горных перевалов, в бескрайней тундре Заполярья? Временами среди тундры видны остатки некогда стоявших вдоль железки лагерей, время не пощадило ни один из них, на месте бывших бараков остались лишь одиночные остовы да столбы с местами сохранившейся колючкой. Время стирает все, когда-то не будет и этой дороги, наверное, проклятой не одной тысячей людей, отдавших свои жизни ради ее строительства. Но время безразлично к человеческим страданиям, оно течет как сквозь пальцы – песок, в вечно неуловимом моменте «здесь и сейчас», потому, пока мы помним события давно минувших дней – они живы, равно как те, кто принимал в них участие.

Бесконечная, не имеющая ни начала, ни конца тундра, не видно границы между снежными полями и небом, все слилось в один сплошной белый фон, на котором с завидным постоянством медленно проплывают за окном деревянные столбы ЛЭП. Есть лишь проем окна, белый фон за ним и одинокие, совершенно одинаковые столбы… Картина эта убаюкивает, и вот уже мысли уносятся далеко-далеко, в заоблачные дали, где нет ничего, кроме вечной любви и сострадания к тем, благодаря кому мы сейчас можем с комфортом преодолевать снежные просторы, сидя в купе поезда, где тепло и уютно.

Проезжаем станцию Сейда, с которой начинался наш тур несколько дней назад, а кажется, будто прошло очень много времени, оно как будто растянулось, будучи наполнено массой новых впечатлений, встреч и эмоций. Созваниваемся с Александром, который вместе со своим отцом Анатолием организовал для нас самое увлекательное за время поездки путешествие в чум оленеводов коми. Стоим на Сейде и слышим звук приближающегося снегохода, который невозможно забыть, мы рады встрече с этим удивительным человеком, живущим на крайнем севере. Вспоминается его краткий, но не требующий никакого пояснения ответ на заданный нами вопрос:

- У тебя не возникало желание уехать жить в другое место, более теплое и уютное? – Спросили мы Александра.

- Нет, я же здесь родился, - таким был его ответ.

И в этой фразе - вся глубина отношения людей к своей земле, к той малой Родине, что стала для них источником любви и вдохновения. Как гласит народная мудрость «от добра - добра не ищут», зачем стремиться куда-то еще, если ты счастлив здесь и сейчас? Мы некоторое время общаемся в купе с Александром, он – второй ребенок в семье, один из шести, вместе со старшим братом пытается развивать туризм, для чего возвращается в расселенную было Сейду, они создали два гостевых дома для приема туристов, организуют поездки к своим родственникам – оленеводам, что позволяет сводить концы с концами. И, что самое главное, не опускают руки несмотря ни на какие трудности. Поднимается последний тост «на посошок» (а как иначе, мы же на Севере), расстаемся с Александром до следующей встречи (сюда хочется вернуться рано или поздно) и, прикрепленные вместе с остальными вагончиками нашего состава к проходящему поезду «Адлер-Воркута», несемся со значительно большей скоростью прямо на север.

Поздним вечером стоим в Воркуте между двумя одновременно прибывшими составами под резкими порывами ветра с липким, мокрым снегом вперемежку. Поезда долго не уходят, рядом терпеливо джут двое ненцев, одетых в национальную одежду, весело нам улыбаются (у одного из них по пути Валерий купил «золотой корень» (родиола розовая), наверное, в малицах им на пронизывающем ветру значительно комфортнее, чем нам. Наконец, поезд, блокировавший нам выход на перрон, отбыл, забираемся в теплый салон автомобиля и направляемся на квартиру, арендованную на время нашего тура по Воркуте. Сугробы здесь значительно выше, а сильный ветер буквально норовит сдуть прохожих с ног; вдоль дороги – высокие трехметровые сугробы, некоторые из них доходят до уровня вторых этажей жилых домов, к тому же стоящих на сваях. Мы едем как будто в снежной траншее, повсюду – квадратные и прямоугольные дома, лишенные отличительных признаков, некоторые пятиэтажки заброшены, стекла и двери в них выбиты. Впечатление такое, будто большая часть города давно покинута людьми, а все оставшиеся в живых сконцентрировались в центре, вдоль одной улицы, носящей имя вождя мирового пролетариата. Первое впечатление от города ужасное, особенно после посещения Салехарда, налицо признаки упадка и глубокой стагнации, насколько это так, нам предстоит выяснить за ближайшие полтора дня, оставшихся до момента отъезда домой.

Вскоре добираемся до отдаленного «спального» района, сплошь застроенного старенькими пятиэтажными «хрущевками», сложенными из облупившихся от времени панелей. Впрочем, сами дома имеют четыре жилых этажа, а нижний – вместо подвала, для сохранения тепла, между ним и поверхностью земли – пустота, дома же стоят на сваях! Во дворах много снега, автомобили, которыми не пользуются регулярно, стоят по крышу в глубоких сугробах, иные просто полностью занесены снегом, о них хозяева вспомнят только весной, когда на пару-тройку месяцев сойдет многометровая толща снега. Для знакомства с Воркутой у нас будет всего один полный день, но завтра мы рассчитываем посетить все наиболее важные в культурно-историческом плане места города. А пока – отдых после долгой и несколько утомительной дороги в (наверное) самом медленном поезде России.

Сообщение об ошибке