Опасными афганскими тропами

К 30-летию вывода советских войск из Афганистана

Азата Сабирзянова забрали в армию со второго курса Казанского речного техникума, куда он поступил после окончания Маскаринской средней школы (родом он из деревни Мамашир, а в родной деревне была только восьмилетка). Шел 1984 год. В то время отсрочку от армии студентам техникума не давали.

Азата призвали в Хорогский погранотряд. Там он прошел курс молодого бойца. А через месяц солдат перекинули в Душанбе, в сержантскую школу. В минно-розыскную группу Азат попал по конкурсу – еще не всех туда брали. Обучался на инструктора минно-розыскной службы собаководства и уже знал, что готовят их к службе в Афганистане. Будущим инструкторам дали молодых, еще не обученных годовалых собак. Так что в течение полугода учились одновременно и сами, и собак обучали.

Затем был Пянджский погранотряд. Уже оттуда переправили в Афганистан, где сержант Сабирзянов прослужил без малого полтора года.

- В нашем отряде было 4 группы, три из них мотоманевренные. Все они дислоцировались в разных точках: в Имам-Сахибе, Тулукане, - вспоминает Азат Аскарович. – Наша группа была переправлена к одному из кишлаков. Перед нами была поставлена основная задача – охранять мост через реку Какча.

Кроме охраны важного стратегического объекта, мотоманевренная группа, в составе которой был Азат Сабирзянов, сопровождала колонны от границы, а также участвовала в военных операциях, в том числе совместных с афганской армией, с участием сорбозов и царандоя (министерством внутренних дел Афганистана). И всегда рядом были незаменимые при поиске мин и разминировании помощники – служебные собаки.

А что такое боевая операция в условиях войны? Она может длиться от недели до месяца. Одна боевая операция походила на другую: стрельба, взрывы, ранения…

Азат Сабирзянов, как и другие саперы (а их во взводе было 30 человек), обезвреживал мины, заложенные душманами. В основном противотанковые, но попадались и противопехотные. А также сам минировал тропы. Можно сказать, ходили саперы всегда по острию. Были случаи, когда сами подрывались на минах.

- Как-то, - вспоминает Азат Аскарович, - подорвавшегося на мине сапера пошел выручать подполковник, хотя по его-то должности он не обязан был туда идти, и подорвался сам. Оба остались живы, но у одного нет ступни, у другого – ноги.

В другой раз на глазах сослуживцев погибли сапер и наводчик – как раз из экипажа БТР, где командиром был сержант Сабирзянов. С вечера они заминировали три тропы возле окруженного ими кишлака. Ночью две мины сработали: обычно духи старались прокрасться незаметно в темноте – днем-то всё на виду, не проскользнуть незамеченными. А третья не сработала. После обеда один из саперов решил проверить, почему мина не взорвалась. Бывало, местные снимали мины – они вояки опытные, не первый год воевали, знали, что к чему. Пойдут с тростинкой по тропе, заденут заложенную мину, а она не сработает – нагрузки-то нет, чтоб сорвать чеку. А обнаружив, спокойно снимут.

С нашим сапером отправился и наводчик, хотя тоже в его обязанности это не входило. Пошел, можно сказать, за компанию: вроде бы, и опасности не было, ведь светло совсем. Но… Минут через десять раздался взрыв. То, что это была наша мина, сомнений никаких: ОЗМ-ка подпрыгивает на уровень груди, а затем взрывается. Оказалось, на мину набрел… ишак, которого вел местный ашнак (крестьянин). Наши бойцы попали в зону действия. Так погибли Олег Стеблин и Андрей Чунусов… Было лето, а в Афгане в это время года стоит нестерпимая жара, конечно, бойцы в такую погоду не одевали бронежилеты. Они, как правило, тоже шли в дело – их стелили на сидение БТР, потому что железо накалялось, как сковородка на плите. Кстати, в то самое утро мелкоосколочное ранение получил и Азат Сабирзянов. И только поэтому тогда не пошел проверить мину. А иначе бы…

Колонны БТР и БМП обычно ездили по одной, проверенной колее. Саперский БТР, в которой ездил и сержант Сабирзянов, всегда шел впереди, за ними – разведка, потом связисты. Надо сказать, что больше всех рисковали сапёры, ведь обычно подбивают первую машину и последнюю. Но первая машина шла еще по чистой колее, а идущие вслед попадали в облако пыли. Вот одна из БМП из средних рядов решила проскочить по полю, чтобы пыль не глотать. А там оказалась мина. Подорвались сразу трое…

...Демобилизации, конечно же, Азат ждал, как и любой солдат. Домой выехал 31 мая 1986 года. По дороге заехал в Казань, чтобы забрать дембельский альбом, который предусмотрительно отправил другу. Отправь домой, родители не выдержат – заглянут в альбом и догадаются, что он в Афгане. А мать с отцом до возвращения Азата даже не подозревали, где служит их старший сын. Писал, что служит с собакой на границе. Зачем было их волновать? Так, кстати, делали многие «афганцы».

Приехал домой в день Сабантуя, 7 июня. Отдыхал недолго – отправился в Казань, на плавательную практику.

- Так уж получилось, что поступил учиться в 1983 году, а закончил в 1988-м – как институт, - размышляет Азат Аскарович. В техникуме он получил специальность техника-судоводителя. По распределению поехал в Звенигово. Работал на Волге штурманом. Хороший городок Звенигово, зеленый. Но потянуло поближе к дому. В Вятские Поляны приехал в 1991 году. И, конечно же, пошел в речной порт. А тут штурманы не требовались. Взяли мастером. Когда начались сокращения, стал трактористом. Три года на «Беларуси» проработал, потом снова мастером. А потом купил «ГАЗель», оформился как индивидуальный предприниматель и теперь уже много лет занимается грузоперевозками.

С будущей супругой познакомился в Казани. Каусария работает на заводе «Молот». У них уже взрослые сын Алмаз и дочь Гульназ. Кстати, совсем недавно Сабирзяновы выдали дочку замуж.

Вспоминает ли Азат Аскарович Афганистан? Теперь, говорит, реже. Воспоминания уже такие, как будто кино посмотрел.

- Зима, - рассказывает он, - в Афганистане короткая, но суровая: снега нет, но мороз такой, что у нас легче –40 градусов выдержишь, чем там -15. Зима – это февраль. А вот 31 декабря я по пояс голый сидел перед казармой и загорал - на солнце тепло было. Осенью слякоть. Весна красива в апреле. Все цветет: маки, тюльпаны – так, что все дикие поля красные-красные. А в мае уже все выгорает, начинается жара. Климат для жизни тяжелый, я бы там не жил.

Благодаря Интернету он нашел многих сослуживцев – в Белгороде, Курске, в Башкирии, в Пензе, в Набережных Челнах и даже в Германии. Работа у него разъездная, поэтому уже не по одному разу с каждым встречался. Очень рад, что у всех судьба сложилась хорошо, все нашли достойное место в жизни и благополучно устроились. Подружился он и с вятскополянскими «афганцами», во всяком случае, встречи 9 мая, 15 февраля, 25 декабря происходят обязательно.

Галина ПАВЛОВА

ВЯТСКО-ПОЛЯНСКАЯ ПРАВДА, 12 февраля

Источник: https://vk.com/wall-41848414_5920

Поделиться

Популярные материалы

Показать ещё

Комментарии

Комментариев пока что нет, будете первым?

Сообщение об ошибке