Уроженка Кировской области, ныне успешная столичная артистка Алёна Фалалеева рассказала о главной роли в жизни, съёмках в кино, дубляже, а также о том, как автокатастрофа, в которую она попала, полностью перевернула её жизнь.
Наша героиня родилась в Вятских Полянах и хотела стать бухгалтером. Однако несчастный случай перевернул её жизнь, в 16 лет она отправилась в столицу и – это кажется невозможным! – поступила одновременно в Щукинское училище, МХАТ и ГИТИС. Хотя сама Алёна Фалалеева объясняет данный факт Божьим провидением, справедливости ради следует отметить, что недюжинный талант девушки сразу заметили мэтры Олег Табаков и Владимир Зельдин. Некогда простая вятскополянская девчонка, сейчас она работает в Центральном академическом театре Российской Армии бок о бок с такими артистами, как Людмила Чурсина, Лариса Голубкина, Алина Покровская, и ей не устаёт рукоплескать столичная публика. Впрочем, кроме театральных, на счету Алёны почти два десятка ролей в кино и сериалах, а также без малого полсотни работ в дубляже – от «Миньонов» до всех «Оттенков серого». Короткий перерыв, связанный с рождением дочери, кажется, только придал сил и энергии талантливой землячке. Она признаётся, что готова свернуть горы. И чувствуется, у неё это получится. Мы договорились пообщаться с Алёной во вторник в 12:20. В назначенное время я набрал её номер.
– Точность – вежливость королей, – сказал в трубку приятный и уверенный женский голос. – Здравствуйте!
– Добрый день! Рад вас слышать. Алёна, расскажите, как стартовал для вас нынешний театральный сезон?
– Мощно. Я вернулась из декрета и уже в сентябре полноценно вошла в труппу с распределением на одну из двух главных ролей в спектакле «Похищение» по пьесе современного драматурга Ксении Степанычевой. В октябре приступили к работе, а 31 марта состоялась премьера. Бурно работали каждодневно, в поиске образов, формы. Репетировала три часа в день. Понимаете, у меня время ограничено в связи с тем, что я сыграла главную роль в своей жизни – стала мамой. Плюс ко всему ещё съёмки в кино, дубляж.
– Вы сказали о главной своей роли... Как изменилась ваша жизнь с рождением дочери?
– Пытаешься думать о профессии, о работе, о делах, но главная генеральная мысль и сердце остаются всегда дома с этой маленькой девочкой, с этим большим счастьем. И честно говоря, я порой не остаюсь на поклоны. Играя спектакль, я доигрываю свою последнюю сцену и с разрешения режиссёра убегаю домой. Лечу домой на крыльях любви! Дочь становится старше с каждым днём, ей уже легче без меня, мне без неё – пока нет. Слава Богу, что помогает мама. Она с нами практически каждый день. И у меня замечательный муж, который остаётся в дочерью. Им, по-моему, веселее, чем нам втроём. Я даже ревную немного. (Смеётся.)
– Почему решили вернуться в театр, несмотря на юный возраст дочери?
– Мне сложно безотлучно находиться дома, я всё-таки не домохозяйка и эти домашние заботы, быт тяжеловаты для человека, который никогда этим не занимался. Безусловно, у меня в доме порядок, и всё готово, но я не посвящала этому много времени. И тут, когда у меня такие помощники в лице мамы и мужа, было бы странно этим не воспользоваться. Я вернулась в театр в марте, когда дочке было 4 месяца. Главный режиссёр понял ситуацию, пошёл навстречу. Несколько месяцев я играла очень лайтово – спектакля 3-4 в месяц. Это такой глоток свежего воздуха. Да и дочке разлука на несколько часов с мамой идёт только на пользу.
– Недавно вы приняли участие в вечере памяти Владимира Зельдина, с которым играли на одной сцене. У вас с ним были тёплые отношения?
– Мне посчастливилось работать с Владимиром Михайловичем. И мы дружили. 10 февраля его величеству Зельдину исполнилось бы 103 года. Так совпало, что я родила дочь, и в это же время он ушёл из жизни. Вообще он – моя путеводная звезда, принял меня в этот театр с распростёртыми объятьями, очень много в жизни мне помог – и советами, и делами. Это был великий человек, эпоха.
Работать с ним было одно удовольствие. В процессе спектакля «Человек из Ламанчи», где я играла его племянницу Антонию, Владимир Михайлович предложил мне сыграть Дульсинею, которую исполняла Тамара Михайловна Гвердцители. Мы с ним репетировали, но, к сожалению, я не успела сыграть эту роль, хотя мечтаю об этом до сих пор. Но с другим Дон Кихотом я не согласна. Считаю, что только он – истинный рыцарь по жизни...
– Кстати, общенародную любовь Владимир Михайлович завоевал, в том числе, и благодаря ролям в кино. Знаю, и у вас их немало. Сейчас снимаетесь?
– После родов я мобилизовалась и с марта 2017 года достаточно активно снимаюсь. Одна из таких работ – это полный метр, он выйдет на ТВ. Рабочее название этой двухсерийной картины «Федюнчик и контрабас» (другое название «Дальнобойщик»). Я играю главную женскую роль. Снимали, к сожалению, недолго (Улыбается.) Всего за три дня всё сделали, но, надеюсь, кино получится хорошим. Сразу после родов была эпизодическая роль в сериале «Такая, как все». Ещё был «Даёшь молодёжь!». Затем сериал «Ланцет», который выйдет на Первом канале. Недавно снялась в полном метре – в детском фильме «Домовой», который выйдет на больших экранах к Новому году. И короткий метр – «Феникс».
– Кроме работы на радио, где вы пишете спектакли и озвучиваете рекламу, другой гранью вашего таланта является дубляж – и это без малого полсотни работ!
– Первый большой опыт в дубляже – мультфильм «Миньоны». Я там озвучивала главную роль Скарлет Оверкилл. Тогда из Universal для режиссёра и артиста, который будет озвучивать Сандру Баллок, пришло внутреннее письмо: «Пожалуйста, не могли бы вы не слушать оригинал, а сделать это по-другому» (Улыбается.) В общем писали без оригинала, была только картинка на экране. А из крайних работ, наверное, небольшой эпизод в фильме «Призрачная нить», получивший три статуэтки «Оскар». Ещё – фильм «Отмель». Я озвучивала главную роль, будучи на 5-м месяце беременности, и это было очень... интересно. От меня требовалось много эмоций, а они плохо давались в силу того, что диафрагма... сами понимаете... Помучились немножечко, но ничего, всё записали. Сейчас пока эпизоды пишем, но, думаю, скоро вольюсь в дубляж. Это невероятно интересный мир, такой театр с микрофоном, но более сложный, потому что тут нужно ещё виртуознее владеть своей профессией, особенно голосом. Ты лишён пластики, и у тебя только одно выразительное средство (оружие) – голос.
– Однако театр для вас всё равно – главная сфера деятельности?
– Да, театр – это дом, основное место работы, а кино, дубляж, радио считаются побочной деятельностью. Хотя мне бы хотелось сниматься больше, и я над этим работаю. Очень бы хотелось не останавливаться на одной профессии актрисы. Я бы пошла и в телеведущие, и на продюсера. Но это пока во мне зреют планы. Как только почувствую силы, и всё сойдётся, я тут же сделаю рывок. Потому что сейчас много сил – спасибо моей дочери! После родов все, наверное, себя так ощущают. Хочется свернуть горы, хочется двигаться и саморазвиваться.
– Если говорить о жизни вне сцены и экрана, как отдыхаете, проводите время?
– Собираемся вместе. У меня и мама живёт в Москве, и сестра. Всё на каток пытаемся вырваться. Надеюсь, что получится. А так, у меня рядом с домом парк «Останкино», в районе ВДНХ. Мы уходим туда и гуляем. Или отправляемся в Подмосковье, в пансионат. А на зимние каникулы ездили втроём в тёплые страны, зарядились энергией, солнцем и морем. Дом и родные – это лучший заряд. И пусть будет так дольше. И пусть будет так всегда...
– Давайте перенесёмся в Вятские Поляны, во времена вашего детства...
– С удовольствием! У меня было самое прекрасное детство, которое только может намечтать себе девочка! Я очень благодарная городу Вятские Поляны, что я родилась и выросла там. Спасибо папе за это. Спасибо, что у меня были такие учителя – и театральной школы, и общеобразовательной, и музыкальной. Всё это предел мечтаний. Честно говоря, для своей дочери я готовлю такое же детство. Чтобы ни минуты в простое. Меня родители в детстве обеспечили этой возможностью.
– И вы, судя по всему, с самого детства мечтали о сцене?
– Да нет же! Я сначала ходила в музыкальную школу, затем открылось театральное отделение. Мама туда направила. Сергей Анатольевич и Наталья Николаевна Суворовы меня приняли. Я начала учиться, и так меня увлекло, что я в итоге бросила музыкалка, хотя надо было бы довести начатое до конца! Могла бы и совместить. Честно говоря, я совершенно не воспринимала это как будущую профессию, это просто было прекрасное времяпрепровождение. Вообще-то я хотела стать бухгалтером и училась на подготовительных курсах. Об актрисе вообще не думала. Но потом произошло событие, которое перевернуло всю мою жизнь. Тогда золотых медалистов повезли на ёлку в Киров. Это было самое начало 2002 года. 4 января мы возвращались обратно, и наш автобус попал в автокатастрофу. Я получила перелом позвоночника и, обездвиженная, пролежала 3 месяца. В это время всё и поменялось. Когда я заново начала ходить, я уже ходила с мыслью о театральном институте. Не помню, как пришла эта мысль. Пришла и всё. Родители были все «за». Мне кажется, что это было Божье провидение. И дальше – поступление. Всё было как в тумане. Я не помню, как себя чувствовала, о чём думала. Мы поехали с мамой в Москву прямо после выпускного. Мы не знали, что есть «Щука», ГИТИС, «Щепка», МХАТ, ВГИК и всё узнавали по дороге. Первый институт, куда я поступала, была «Щука». Меня не приняли. Затем в ГИТИСе меня взяли на два курса, затем в «Щепку приняли», потом во МХАТ. После этого ещё раз решили сходить в «Щуку» (это был последний день прослушиваний), я попала сразу на мастера курса – Шлыкова. И он меня взял сразу на конкурс, я даже не проходила все эти мытарства – первый тур, второй тур... Документы лежали в ГИТИСе. После конкурса мне позвонила Наталья Петровна Сайко, наш педагог, и попросила принести документы в «Щуку», потому что они не хотят меня терять... Единственная была проблема, что я никого не знала (все уже успели познакомиться на турах), благодаря золотой медали я была освобождена от коллоквиумов и сочинений. Встретилась со всеми уже на зачислении, когда нам вручали студенческие. Первые месяца два-три говорили, что я «блатная», родители у меня какие-то особенные... Но вскоре все поняли, что я простая девчонка из Вятских Полян. Вот такой был путь.
– Чем же вы так поразили жюри?
– Читала басню «Свинья под дубом», стихи Гумилёва. Но коронкой была фольклорная песня из репертуара вятскополянского ансамбля «Рождественское село». С ней меня и взяли. Песня была о первой любви, драматическая. Я её глубоко переживала, хотя мне было всего 16 лет. Страдала, страдала, но смотрелось смешно. Я помню, что Табаков дико хохотал на приёме, просто прыскал со смеху. Комический номер получился. Сейчас, попытаюсь вспомнить. Подождите...
Ах, зачем я его целовала
Первый раз в молодые уста?..
Было море спокойно и тихо,
И прибой у калины шумел...
А наутро, когда шторм поднялся,
В море ехать никто не хотел..
Голос Алёны звучал протяжно, завораживающе, неся полновесное вятское «о». Этот чарующий тембр, казалось, подхватывал и увлекал за собой. Хотелось закрыть глаза и просто слушать...
Беседовал и слушал Богдан Вепрёв
