В центральной городской библиотеке состоялся двадцатый выпуск литературного альманаха «Колесо судеб» под названием «Мужское и женское». Случились этой осенью два юбилея великих поэтов Марины Цветаевой (125 лет) и Роберта Рождественского (85 лет). "Красною кистью Рябина зажглась. Падали листья, Я родилась. Спорили сотни Колоколов. День был субботний: Иоанн Богослов...". Очень деликатно, подробно, артистично рассказали Алена Владимировна Морозова и Ольга Николаевна Шведчикова о жизни и творчестве поэтов. Что же позволило объединить поэтических титанов в одном выпуске? Прежде всего, это сильные, наделенные яркой индивидуальностью, глубоко русские по природе своей ПОЭТЫ. Их жизненный путь с разницей в 40 лет практически в разной, но горячо любимой ими Родине. Очень подходит цветаевское горделивое утверждение: «Мы коронованы тем, что одну с тобой Мы землю топчем, что небо над нами - то же…». Марина Цветаева, яркий и значительный творец первой половины нашего века, не только не поняла Октября, но и не приняла его, не увидела в нем могучей силы, обновляющей все личное и общественное в человеке. «Я счастлива жить образцово и просто, как солнце, как маятник, как календарь …». Роберт Рождественский, наоборот, почувствовал ритм эпохи второй половины ХХ века, передал пульс времени, восторженно принял романтику борьбы за мир, покорения космоса, строительства БАМа: «Человеку надо мало: чтоб искал и находил…». Темы их стихотворений перекликаются: любовь, Родина, природа, война. Из широкого охвата лирических тем, все как к единому центру, сходятся к любви. В различных оттенках это своенравное чувство остается самым основным, глубинным, определяющим все остальное. «Тревожное, сердечное движение» стихов о любви продемонстрировала Ольга Николаевна Шведчикова, прочитав театрально выразительно наизусть огромный «Монолог одинокой женщины» Роберта Рождественского. Любовная лирика нашла воплощение в многочисленных романсах и песнях, прозвучавших в этот вечер. Может быть, в женской поэзии больше страсти, в неразрывном единстве жизнь и стихи, быть самой собой, ни в чем не зависеть ни от времени, ни от судьбы, хотя в основе произведений М. Цветаевой, по определению Валерия Брюсова, «какой-нибудь реальный факт, что-нибудь действительно пережитое». Двадцатилетняя поэтесса писала: «Моим стихам, написанным так рано, Что и не знала я, что я – поэт … Разбросанным в пыли по магазинам (Где их никто не брал и не берет!), Моим стихам, как драгоценным винам, Настанет свой черед!» Если Марина Цветаева жила в литературе и для литературы, чуждалась общества московских поэтов, чрезвычайно редко выступала с чтением своих стихов, то Роберт Рождественский с поэтами «шестидесятниками» собирал многотысячные стадионы, залы политехнического музея. Его поэзия была необходима как воздух: «Будьте счастливы, Человеки! Люди умные. Люди сильные». Если Р. Рождественский позиционировал себя преемником Владимира Маяковского, то М.Цветаева подчеркивала самобытность своего поэтического слова, которая выходила за рамки традиционных литературных вкусов: «Кто создан из камня, кто создан из глины,- А я серебрюсь и сверкаю! Мне дело- измена, мне имя – Марина, Я – бренная пена морская. Дробясь о гранитные ваши колена, Я с каждой волной – воскресаю! Да здравствует пена - веселая пена – Высокая пена морская!» Порывистая, стремительная натура и открытый, заикающийся, и оттого немного комплексующий, как две струны, натянутые в перекличке чувств, сходных по значению, но различных по звучанию. Их объединяет одна органическая, неизбежная, неразрывная связь большого искреннего таланта с судьбой Родины. «Мы судьбою не заласканы. Но когда придет гроза, мы возьмем ее за лацканы и посмотрим ей в глаза».
Лидия Палкина
